Часть первая 3 страница

Второй механизм поражения легких заключается в том, что при запустевании альвеолы капилляры расходятся, образуется шунт и происходит сброс венозной крови, которая, как известно, не вентилируется.

Эти два механизма приводят к тому, что при переходе болезни из одной стадии в другую вся кровь плохо вентилируется. Вентиляция легких нарастает, а газообмен в крови ухудшается, легкие поражаются. Другими словами, в легких содержание СОг будет снижаться, кислорода - повышаться, а в крови — наоборот, содержание СОг будет повышаться, а кислорода пони-

жаться. При таких процессах можно выделить три стадии бронхиальной астмы:

1-я стадия. Поражения легких не имеется. Гипервентиляция приводит к низкому содержанию СО2 в крови и к незначительному повышению кислорода.

2-я стадия. Имеется поражение легких средней степени. Уровень СО2 в крови поднимается к норме, а содержание кислорода снижается ниже нормы.

3-я стадия. Больной задыхается, вентиляция легких увеличивается в 4—5 раз. Казалось бы, у больного 100%-ная вентиляция легких, а у него при этом развивается цианоз. А все дело в том, что в результате срабатывания органического шунта происходит сброс крови и возникает функциональный бронхоспазм. При развитии бронхоспазма кровь, проходящая через альвеолы, не вентилируется и не сбрасывается в вену. Попадая в венозную систему малого круга кровообращения, невентилированная кровь изменяет свою окраску. Отсюда и цианоз у больного. Кроме того, у него возникают осложнения со стороны правого желудочка, так как последний обладает пониженной функциональной способностью по сравнению с левым.

Вот так, согласно данным наших исследований, происходит гибель больных.

Как нужно оценивать состояние пациента, у которого насыщение крови СОг будет в норме при низком уровне содержания кислорода? Следует сделать вывод: у пациента средняя стадия поражения легких. В более поздних стадиях может быть обнаружена выраженная гипоксия, цианоз, повышенный СОг при четырехкратной вентиляции легких.

По этому вопросу многие годы длилась дискуссия с ныне покойным профессором Шиком. Только в 1972 г. профессор признал свою ошибку, согласился, что замер СО2 в крови без учета содержания СО2 в легких вводит в заблуждение. Теперь его заблуждение повторяет профессор М. И. Анохин.

Чтобы разобраться, почему гипоксия крови может сочетаться с гиперкапнией в крови, надо посмотреть, как гиповентиляция легких снимает цианоз. Потому что причина этого явления в ги первентиляции легких.

К сожалению, вместо того, чтобы взять на вооружение результаты наших исследований и творчески применять их в работе, наши противники предпочитают язвительные реплики: мол, по Бутейко все болезни -от глубокого дыхания. Нет, отвечу я. По Бутейко не все болезни от глубокого дыхания, а лишь их незначительная часть. Всех болезней 30 тысяч, а от глубокого дыхания возникает около ста пятидесяти, но зато они наиболее распространены и от них страдает большинство населения. Вот в чем важность предложенных мною теории и метода ВЛГД.



Почему мы при апробации метода ВЛГД предпочли астму, а не гипертоническую болезнь ^ли какую-нибудь другую патологию, например инфаркт миокарда? Да просто потому, чтобы можно было убедиться в истинности наших идей, не прибегая к приборам. К нам поступает больной — синюшный, с тяжелым шумным дыханием. Мы начинаем с ним работать над уменьшением глубины дыхания (а не над ограничением дыхания, как это абсурдно утверждают наши оппоненты). Больной уменьшает • вентиляцию легких, и если он это делает правильно, то мы гарантируем положительный эффект, как это и было ранее доказано во время упомянутых апробаций и в нашей работе (1968) более 20 лет назад. Больной уменьшает вентиляцию легких, приближает ее к норме. Гипоксия в крови уменьшается. Это определяется даже визуально. Но наши противники, пользуясь приборами, предпочитают видеть желаемое, а не действительное.

Убедительно прошу всех проводить больным гипервентиляционную пробу, особенно тем, у которых имеется цианоз. Вы сможете наглядно убедиться, что лишь одно уменьшение вентиляции легких позволяет устранить цианоз. Еще раз хочу подчеркнуть: мы предпочли бронхиальную астму для наших первичных исследований именно потому, что применение нашего метода для лечения этой болезни являлось наглядным доказательством истинности наших идей. Мы видели, как снижается гипоксия в крови и тканях по мере уменьшения глубины дыхания, как от уменьшения вентиляции в результате расширения бронхиол, а затем бронхов улучшается кровообращение в легких, как из-за нормализации процесса насыщения крови, а затем тканей кислородом исчезает цианоз.

Как же правильно провести гипервентиляционную (глубокодыхательную) пробу?

В начале надо дать больному команду: «Дыши глубже!» Он должен дышать в 2—3 раза глубже обычного. Через пять — десять подобных вдохов разовьется приступ, больной посинеет. Затем следует попросить больного уменьшить глубину дыхания. Приступ снимается через 3—5 мин.



Одновременно я задам ряд вопросов нашим оппонентам. Знакомы ли они с нашими научными работами, в частности с научной статьей «Вентиляционная проба», опубликованной в журнале «Врачебное дело» (1968, № 4)? Воспроизводился ли ими поставленный нами эксперимент, доказавший непосредственную взаимосвязь между бронхоспазмом и усилением вентиляции? Имеются ли у них цифровые данные, отражающие в показателях различные стадии болезни?

Здесь прозвучала реплика, что в наших работах не содержится ничего нового. Если это так, то почему же до сих пор повсеместно применяются глубокодыхательные гимнастики для лечения бронхиальной астмы, почему до сих пор больных бронхиальной астмой вынуждают углублять дыхание во время приступа? Вопрос к профессору: почему ваша кафедра не запретит это делать? Если не глубокое дыхание причина болезни, то почему вы не укажете другую причину болезни? Если дело не в дефиците СОг, то почему не укажете в чем? Мы слышим лишь домыслы о ферментации всасывания. Возникает вопрос: всасывание чего? Вразумительного ответа на этот вопрос нет. Предпринимаются лишь попытки любым путем исказить вопрос и говорить о чем угодно, только не о существе дела.

Всем известно: нами было изначально заявлено, что в основе нашего метода—уменьшение глубины дыхания посредством расслабления дыхательной мускулатуры. Это и есть релаксация, идею о которой пытаются присвоить себе наши оппоненты. Что же они оставили от нашего метода? «Ограничение рефлексов!»— вот как это у них звучит. Разве речь идет об ограничении? Мы говорим об устранении гипервентиляции, т. е. о нормализации дыхательного процесса. Мы строго ставим вопрос о норме, о необходимости приведения функции к норме. Кто давал право менять название нашего метода?

Однако возвратимся к вопросам определения стадии болезни, изучения вентиляции легких при бронхиальной астме. Кстати, они были тщательно разработаны нами еще в 1968 г., но отчет того года до сих пор лежит мертвым грузом.

Как подтвердили наши исследования, наиболее существенным показателем при определении стадии бронхиальной астмы являются данные капнограммы.

Как правильно записать капнограмму? Если вы пишите кап-нограмму на частом дыхании (у больного очень частое дыхание), то, конечно, СОг на плато не выходит. Чтобы получать плато, мировая методика предлагает удлиненный выдох. При удлиненном выдохе СОг неуклонно растет и достигает своего максимума, т. е. уровня, который будет превышать норму. При этом делается вывод, что у больных бронхиальной астмой СО2 выше нормы. Но это не так. Дело в том, что, не зная некоторых особенностей происходящих в организме процессов, можно легко впасть в заблуждение. Например, профессор Федосеев из Ленинграда получил такую кривую: у больных, страдающих тяжелой формой бронхиальной астмы с ярко выраженным цианозом (функциональным или органическим) и постоянными приступами, СОг оказался выше нормы. Мы уверены, что капнограмма записана неграмотно. При такой капнограмме к идеям Бутейко можно относиться только отрицательно, ведь он призывает повышать у больных, страдающих тяжелой формой бронхиальной астмы, и без того высокий уровень СОг. Но давайте разберем пример.

Перед нами пациент с тяжелой формой бронхиальной астмы. Мои оппоненты утверждают, что вентиляция легких у него снижена. Следуя их логике, такому больному, находящемуся в приступе и имеющему цианоз, необходимо увеличить вентиляцию легких, т. е. попросить его углубить дыхание. Но почему же мои оппоненты этого не делают? Почему они, обнаружив у больного гиповентиляцию легких с высоким уровнем СО2, не рекомендуют

ему глубокодыхательную гимнастику? Да потому, что знают: состояние больного лишь резко ухудшится. И вот вместо того, чтобы попытаться разобраться в данной ситуации, мои оппоненты полностью отрицают роль уровня СОг в развитии бронхоспазма. Между тем в наших работах, в частности в кандидатской диссертации М. П. Одинцовой (1970), приводится математическая формула, выведенная на нашем комбайне и показывающая зависимость степени развития бронхоспазма от уровня СОг. Аналогичные результаты получали и другие исследователи.

Попробуем довести этот вопрос до логического завершения.

Углекислый газ, являясь продуктом внутриклеточного метаболизма (СОг образуется в результате энергетического обмена веществ, непосредственно регулирует течение физиологических процессов в тканях. Чем выше метаболизм мозговой ткани, тем выше в ней содержание СОг и тем большее количество крови проходит через расширяющиеся сосуды головного мозга. Значит, СОг способствует расширению сосудов. Теперь представим себе, что появился организм, в котором не происходит расширение сосудов при повышении содержания СОг, например в случае бронхоспазма или в случае спазма сосудов головного мозга. В таком организме действует формула: чем больше СОг, тем сильнее спазм. Что произойдет? Такой организм сразу погибнет. Он нежизнеспособен.

Наше счастье, что пришло время открытых дискуссий, что основным критерием доказательности научных идей может стать эксперимент и их практическое подтверждение, а не домыслы.

Наши данные прошли троекратную проверку, сначала в созданной нами лаборатории в системе Сибирского отделения АН СССР, затем во время двух официальных апробаций. Поэтому я с полным на то основанием не могу согласиться с выводами профессора М. И. Анохина, считаю, что они нуждаются в уточнении, а также в дополнительных данных, о которых я говорил выше. Тем не менее мы благодарны профессору за участие в нашей конференции. Давайте общими усилиями доведем начатое дело до конца.

Нам не следует забывать, что помимо инструментальных данных врач обладает способностью тщательного и скрупулезного наблюдения за больным на разных стадиях заболевания. Как клиницист, я принадлежу к школе академика Е. М. Тареева и М. П. Кончаловского. Во главу угла они ставили визуальное наблюдение за больным. Именно такой подход помог мне установить у больных бронхиальной астмой жесткую зависимость между бронхоспазмом и гипервентиляцией. Мы не нашли ни одного пациента, страдающего этой патологией, у которого дыхание было бы не видно и не слышно. Буду очень благодарен тем, кто найдет нам такого больного. Поэтому еще раз призываю к клинике, достоверным экспериментам и опытам.

2 За к 2361 Метод Бутейко

И еще одно. В наш адрес пока сыпятся лишь нарекания и обвинения во всех грехах, а полезное дело не двигается с места. Поэтому призываю вас, уважаемые коллеги, следовать четко нашей методике и ничего в ней не исправлять. Это очень важно для успеха нашего общего дела.

ПРИМЕНЕНИЕ МЕТОДА ВЛГД В КРАСНОЯРСКОМ КРАЕ

В. В. ХАРЛАМОВА, кандидат медицинских наук, ассистент кафедры внутренних болезней 1-го Красноярского медицинского института

Мы призваны заботиться о здоровье наших людей. Однако, как пишет академик Н. М. Амосов, перестройка медицины — дело не простое. Одно из главных препятствий — психологический консерватизм врачей, всей огромной их корпорации. Врачи подсознательно не верят, что человек сам виноват в своих болезнях. Кроме того, врачу приятнее выступать в роли спасителя, чем говорить: давай сам.

Медицинская наука, в клинической и теоретической ее части, не готова к принятию доктрины здоровья. Еще нет убедительных доказательств прочности человека, еще нет уверенности, что он может стать здоровым через мобилизацию своих естественных сил.

Лекарствомания захлестывает и врачей и больных. Лишь половину от общего количества лекарств больные получают по рецептам, остальные покупают в аптеке без рецептов, понаслышке. В Западной Европе потребление лекарств на душу населения ежегодно увеличивается на 3—3,5%. Во Франции на среднестатистического жителя приходится в сутки 10 г лекарств. Рост потребления лекарств отмечается во всех странах мира.

Всемирная организация здравоохранения бьет тревогу: у 10-12% больных лекарства вызывают аллергические конфликты. Различные побочные реакции и осложнения квалифицируются как лекарственная болезнь. Частота лекарственной болезни составляет в развитых странах 10—15%, а в странах Дальнего и Ближнего Востока—до 40%.

Сказанное не следует рассматривать как призыв к отказу от лекарственной терапии. Однако насущная проблема современности— ограничить их использование, найти им равноценную замену в виде различных немедикаментозных методов лечения. На мой взгляд, это один из наиболее мощных рычагов перестройки в медицине.

Известно, насколько актуальна в настоящее время проблема лечения таких распространенных болезней, как бронхиальная астма, хронический обструктивный бронхит, синусопатия, вазомоторные и аллергические риниты, ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь. Больные в процессе лечения принимают большое количество различных лекарственных препаратов, однако эффективность лекарственного лечения невелика.

Метод ВЛГД, как мы смогли в этом убедиться на основании годового опыта, помогает справиться с названными и многими другими недугами, значительно снизить прием медикаментов и даже совершенно отказаться от них.

Весьма важно, что метод ВЛГД применяется в комплексе с известными с древности оздоровительными методами — гимнастикой, бегом, ходьбой, рациональным питанием, аутотренингом, самомассажем, термозакаливанием, т. е. теми методами, которые составляют основу здорового образа жизни.

После семинара, проведенного в г. Красноярске год назад К- П. Бутейко и его учениками, на котором присутствовало 124 врача из нашего города и 33 врача из Красноярского края, метод взяли на вооружение 60 врачей, в том числе сотрудники Красноярского медицинского института, Института медицинских проблем Севера, Красноярского педагогического и Красноярского политехнического институтов, Красноярского врачебно-физкуль-турного диспансера. Сразу же после завершения работы конференции около сорока медицинских учреждений города внедрили у себя метод ВЛГД.

В течение года врачи регулярно, на ежеквартальных конференциях, обсуждали результаты лечения методом ВЛГД, обменивались опытом. Была разработана специальная анкета для больных, которая использовалась для наблюдения за их состоянием и составления отчетов.

Результаты полугодового опыта применения метода ВЛГД в нашем городе были доложены в отделении неспецифических заболеваний легких ВНИИ пульмонологии в г. Ленинграде в январе 1988 г. Там присутствовали сотрудники кафедры лечебной физкультуры и спортивной медицины 1-го Ленинградского медицинского института имени И. П. Павлова во главе с профессором В. Г. Правосудовым. Кроме того, результаты лечения по методу ВЛГД освещались в газетах: дважды в «Известиях», дважды в «Красноярском рабочем», а также в «Красноярском комсомольце».

Все врачи, применяющие метод ВЛГД, на собственном опыте и опыте своих коллег уже в течение первого года смогли убедиться в его огромных возможностях. Вместе с тем почти все врачи испытали огромные трудности в связи с недостатком опыта, свободного времени, помещений для занятий, а также в связи с негативным, порой даже враждебным отношением некоторых своих коллег. Администрация ряда лечебных учреждений запрещала заниматься методом ВЛГД, ссылаясь на отсутствие разрешения

2*

(приказа горздравотдела), игнорируя при этом приказ Минздрава СССР от 1985 г. № 591 о внедрении метода ВЛГД.

Горькое чувство вызывало у врачей-энтузиастов равнодушное отношение Красноярского горздравотдела« (представители его не были ни на одной из наших конференций), нежелание вникнуть в суть метода, приносящего облегчение сотням больных.

Несмотря на это, врачи продолжали активно применять метод ВЛГД, набираться опыта. Большую помощь и поддержку мы получали от краевого отдела здравоохранения, в частности от О. К. Ипполитовой, за что бесконечно ей благодарны.

Следует отметить огромную работу, которую провели врачи-энтузиасты. Так, Л. С. Кожемякина — врач-педиатр, заместитель главного врача железнодорожной больницы — за год провела лечение методом ВЛГД 228 больных, из которых 164 пациента были дети. Поликлиника, где работает Л. С. Кожемякина, стала, по сути дела, методическим центром: почти каждую субботу сюда съезжались врачи со всего города, чтобы побывать на занятиях, поучиться, обменяться опытом и литературой по немедикаментозным методам лечения, закаливанию, здоровому образу жизни.

Физиотерапевт Красноярской краевой клинической больницы № 1 О. В. Горностаева и врач Н. Н. Тартышникова активно пропагандируют метод ВЛГД выступлениями по телевидению, лекциями среди населения.

Кардиолог краевой клинической больницы № 2 А. В. Зимина квалифицированно применяет метод ВЛГД при лечении больных с заболеваниями сердечно-сосудистой системы.

Врач кабинета функциональной диагностики поликлиники № 14 Советского района г. Красноярска Н. Ф. Фадеева пролечила методом ВЛГД 214 больных, сделала тщательный анализ результатов лечения.

Следует отметить работу инструкторов ЛФК по внедрению метода ВЛГД И. К- Красновой, Л. В. Тимофеевой, участковых врачей Г. А. Глуховой и Т. Н. Ложкиной.

Ассистент кафедры лор-болезней Красноярского мединститута кандидат медицинских наук Л. Б. Шевченко применяла метод ВЛГД при лечении больных вазомоторным ринитом, синуситом, консультировала врачей по вопросам тактики ведения больных.

Фтизиатр городского противотуберкулезного диспансера А. П. Хориняк и инструктор ЛФК того же диспансера Т. А. Прохорова имеют убедительные результаты лечения методом ВЛГД больных туберкулезом легких.

Большую работу по внедрению метода проделали врачи медсанчасти № 51 Т. В. Кандакова, Н. А. Ширяева и О. И. Захарова, которые пролечили методом ВЛГД 300 больных и получили экономический эффект из-за снижения числа дней нетрудоспособности в сумме 170 тысяч рублей.

Врачи г. Красноярска и Красноярского края провели огромную работу по пропаганде метода среди медицинских работников, населения, студентов вузов.

Врач Березовской ЦРБ С. И. Кантор пролечил методом ВЛГД 60 пациентов, которые высоко оценивают результаты его работы, умение грамотно и доходчиво объяснять суть метода, вселять в больного веру в выздоровление.

Успешно занимаются лечением методом ВЛГД врачи городов Красноярского края: Назарово — И. М. Рамулов, Абакан — А. А. Алерборн, Красноярское Загорье — Г. В. Богачев-ская.

К открытию настоящего семинара поступили сведения о результатах лечения в общей сложности 4130 больных, из которых 430— дети.

Нами обобщены результаты лечения методом ВЛГД 3403 больных в различных медицинских учреждениях г. Красноярска и Красноярского края в период с марта 1987 г. по апрель 1988 г.

Как следует из табл. 1, более 3/4 больных составили пациенты, страдающие заболеваниями бронхолегочной системы, среди которых бронхиальная астма и бронхит являются проблемой номер один современной пульмонологии. 1/4 больных составили пациенты с патологией сердечно-сосудистой системы.

Таблица 1

Структура больных по нозологии

Заболевания | Число больных
Бронхолегочная система: бронхиальная астма хронический бронхит (в том числе хронический обструк- тивный бронхит) прочие 682 (541) 50
Сердечно-сосудистая система: ИБС гипертоническая болезнь 598 397
Лор-ор'ганы: синусит вазомоторный и аллергический риниты 139 160
Нервная система: вегетативно-сосудистая дистония (ВСД) прочие 152 17
Опорно-двигательный аппарат остеохондроз ревматоидный артрит деформирующий остеохондроз 110 23 11
Желудочно-кишечный тракт, желчный пузырь: хронический гастрит язвенная болезнь хронический колит хронический холецистит 45 17 44
Женская половая сфера: бесплодие различного генезиса миома матки хронический аднексит токсикоз беременности 52 16 11 4
■ Кожные: нейродермит, дерматит, экзема, псориаз и др.

В табл. 1 не представлены нозоформы, по которым наблюдений оказалось недостаточно. Необходимо отметить, что у большинства больных сочеталось несколько заболеваний (табл. 2).

Таблица 2

Результаты лечения методом ВЛГД

Место лечения Общее кол-во больных Значительное улучшение Улучшение Без перемен Ухудшение
г. Красноярск
(37 лечебных и лечебно-оздо
ровительных учреждений)
41,5% 42,4% 15,4% 0,7%
Красноярский край
(10 городов)
60,4% 30,8% 6,4% 2,4%

Как следует из табл. 2, в г. Красноярске пролечено методом ВЛГД 2437 больных, в городах Красноярского края—1693 больных.

Значительное улучшение (исчезновение основных симптомов, улучшение самочувствия, восстановление работоспособности) отмечено у 41,5% больных жителей г. Красноярска и у 60,4% больных жителей края. Большинство пациентов прекратили прием лекарств полностью.

Улучшение состояния наступило у 42,2% больных жителей г. Красноярска и у 30,8% больных жителей края. У них уменьшились симптомы, улучшилось самочувствие, повысилась работоспособность. Пациенты научились снимать приступы методом ВЛГД или им стало достаточно небольших доз (в 2—3 раза менее прежнего) лекарственных препаратов. Гормонозависимые больные бронхиальной астмой значительно уменьшили дозу приема гормонов (до 1/2—1/4). Около одной трети больных с небольшим анамнезом гормонотерапии полностью отошли от гормонов.

Без перемен или нестабильные результаты получены у 15,4% больных жителей города и у 6,4% больных жителей края. Это в основном больные, которые имеют очаги инфекции или недостаточную волю, бросают или делают ошибки, а также больные, испугавшиеся реакции саногенеза.

Ухудшение отмечено у 3,1% больных. Правильно было бы считать, что эти больные остановились во время реакции саногенеза и перестали заниматься.

Имеются сведения от работников аптек города и края о том, что резко сократился спрос на эуфиллин и другие бронхолитики, симпатомиметики в ингаляциях, интал, антигистаминные препараты и др.

Учитывая, что с 1 января 1988 г. лечение больных бронхиальной астмой бесплатное, можно полагать, что резкое сокращение употребления больными в г. Красноярске и Красноярском крае перечисленных препаратов даст большой экономический эффект. По подсчетам доктора Н. А. Ширяевой, отказ от принимаемых лекарств только одного больного дает в год экономию 300—400 рублей. Так что мы, врачи г. Красноярска и Красноярского края, занимающиеся лечением больных методом ВЛГД, видим налицо плоды своего труда. А это приносит профессиональное счастье.

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ВЛГД

С. Н. ЗИНАТУЛИН, кафедра психиатрии и наркологии

Архангельского медицинского института

Проблема информации в связи с развитием метода ВЛГД чрезвычайно важна. В отечественной литературе я не нащел монографии, в полном объеме раскрывающей значение СОг, углекислоты и эффекта гипервентиляции в норме и патологии.

Необходимо помнить, что первым физиологом, серьезно изучавшим функцию углекислого газа в дыхании, был И. М. Сеченов— «отец русской физиологии». Биографы И. М. Сеченова порой недоумевают, почему он так упорно занимался исследованиями углекислого газа, «качал СОг». В настоящее время в свете теории и практики метода ВЛГД совершенно очевидно, что это не менее гениальный взлет сеченовской мысли, чем исследование рефлексов и биоэлектрических процессов в головном мозге.

Напомню, особенно наркологам, что докторская диссертация И. М. Сеченова посвящена влиянию острого отравления алкоголем на дыхание и температуру тела.

А. М. Вейн, И. В. Молдавану в монографии, вышедшей в 1988 г., отмечают «капитальную неинформированность нашей медицинской общественности» в отношении проблемы гипервентиляционных нарушений. В литературном обзоре по данной проблематике они упоминают более двадцати иностранных авторов и лишь двух отечественных. Фамилии К- П. Бутейко среди них нет, что действительно свидетельствует о капитальной неинформированности. Я бы назвал проблему иначе: капитальная неинформированность о значении СО2 и углекислоты для организма.

Конкретно, по данным многих источников, о значении СОг и углекислоты для организма можно сказать следующее.

1. Эффект Вериго — Бора.

Известно, что в нормальных условиях главная роль в этих процессах принадлежит изменению концентрации СОг. При этом определенное значение имеет не только концентрация водородных ионов, но и специфические свойства двуокиси углерода, реагирующей с Н-группами, а возможно и с молекулами гемоглобина. Поэтому при увеличении напряжения СОг в крови сродство гемоглобина к кислороду уменьшается в большей степени, чем этого следовало бы ожидать при соответствующем снижении рН.

В нормальных условиях время полудеоксигенации гемоглобина 0,034—0,038 с, период полунасыщения гемоглобина кислородом менее 0,003 с.

2. Величина рН определяется соотношением углекислоты и бикарбонатов. Разнице 0,01 рН соответствует разница 1,6 мм рт. ст., 0,23% рСОг в альвеолярном воздухе. Увеличение рН в крови наступает через 5—20 с после начала гипервентиляции.

Диффузия НСОз" в эритроцит и из него сопровождается диффузией ионов СОг в обратном направлении (хлоридное замещение, эффект Гамбургера). СОг играет существенную роль в распределении ионов Са++ между внутриклеточной и внеклеточной жидкостью, оказывая тем самым влияние на возбудимость нервных клеток.

При уменьшении напряжения СОг и сдвиге рН в щелочную сторону возможно уменьшение содержания ионов кальция в крови, повышение внутриклеточного кальция.

3. Повышение напряженности углекислоты замедляет свертывание крови, увеличивает вязкость крови.

4. СОг является естественным регулятором тонуса гладкой мускулатуры бронхов, сосудов, мочевыводящих путей и т. п.

5. Углекислота возбуждает сосудодвигательный центр, вызывая центральное сосудосуживающее действие, возбуждает ядра блуждающих нервов, тормозящие деятельность сердца. При повышении напряжения СОг повышается тонус вен.

Изменение уровня артериального давления определяется сочетанием центральных и периферических механизмов при повышении и понижении напряжения СОг.

6. Фиксация, использование молекулы СОг в обменных процессах— очень древний, универсальный процесс, заложенный в самой основе организации обмена веществ у всех живых организмов в ходе эволюции.

j

Глюконеогенез начинается с карбоксилирования пирувата.

Липогенез начинается с карбоксилирования ацетил —КОА. Этот процесс регулирует, лимитирует синтез жирных кислот.

Аспарагиновая, глутаминовая аминокислоты могут синтезироваться в организме человека только при участии СОг.

Образование мочевины, пуриновых, пиримидиноовых нуклео-тидов протекает с использованием молекулы СОг.

Установлено 13 реакций, в которых СОг используется при биосинтезе посредством реакции карбоксилирования. Функционирование реакций цикла трикарбоновых кислот полностью зависит от углекислоты, четыре из девяти промежуточных ее членов образуются и превращаются с ее участием. Стимулирование или угнетение реакций карбоксилирования сопровождается соответственно активизацией или угнетением биосинтетических процессов.

7. Биотин — витамин Н — участвует в реакциях карбоксилирования и транскарбоксилирования. Человек синтезирует необходимую для эффективного использования биотина сложную систему апоферментов и ферментов в биотинидазу, отщепляющую биотин от карбоксилаз. Свободный биотин используется вновь.

Авидин, белок яиц, связываясь с биотином, образует нерастворимый комплекс.

8. В слюне имеется значительное количество газов, особенно СОг. Поджелудочный сок содержит 98,7% воды щелочной реакции, рН которой зависит от содержания двууглекислого натрия.


7825188805250989.html
7825216779590295.html
    PR.RU™